Главная - Светские объединения - «ПУБЛИОКРАТИЯ» – ЭТО СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ПЕРСПЕКТИВА РОССИЙСКОГО ПОЛИТИЧЕСКОГО ДИЗАЙНА»

«ПУБЛИОКРАТИЯ» – ЭТО СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ПЕРСПЕКТИВА РОССИЙСКОГО ПОЛИТИЧЕСКОГО ДИЗАЙНА»
Фонды и объединения - Светские объединения

«публиократия» – это стратегическая перспектива российского политического дизайна»

Сегодня «Советник» беседует с президентом «Фонда национальной стратегии» (www.NATIONAL-STRATEGY.ru), генеральным директором Межрегионального центра организационного и политического консультирования «ПРИОРИТЕТ», автором «Теории воплощаемых состояний» Неждановым Денисом Викторовичем.

- Денис Викторович, «Фонд национальной стратегии», основателем которого вы являетесь специализируется на стратегическом консультировании органов государственной власти и частных корпораций, скажите, что такое современная стратегия в управлении на данном этапе развития управленческой практики?

- Современная управленческая стратегия в наши дни является важнейшим методологическим ориентиром развития предприятия, отрасли или государства. Она определяется ответами на три ключевых вопроса: кем мы хотим быть (видение), каково наше предназначение (миссия), за счет достижения каких целей мы воплотим нашу мечту о желаемом положении. Все остальное сводится к оперативному плану по реализации стратегии.

- Вы упомянули, что стратегия – это управленческий инструмент актуальный не только для бизнеса, скажите, а как вырабатываются стратегии регионального и государственного развития?

- Разработка стратегии государственного развития во многом опирается на инструменты управленческого консультирования, применяемые при развитии частных корпораций: такие как MBO – management by objectives, project management, performance management. Все применяемые в наши дни методы повышения эффективности государственной и муниципальной власти изначально были наработаны в бизнес-структурах. Они были адаптированы к задачам повышения эффективности власти с учетом серьезных отличий в содержании деятельности ее органов и частных корпораций. Тем не менее, и в том и другом случае разработка стратегии начинается с подробного описания желаемого положения дел в регионе, анализа текущего положения дел, оценки сильных и слабых сторон, определения его стратегического позиционирования по отношению к другим территориям и определение стратегических целей, необходимых для воплощения и выхода на качественно новый уровень развития.

- Вы могли бы привести пример?

- Разумеется. Представим себе, что мы с вами занимаемся стратегическим планированием развития региона. Стратегическое видение управленческой команды, находящейся у руля региона предполагает, что для успешного развития области необходим 500 миллиардный бюджет в течение 5 лет. Консультанты определили, что у области большой потенциал для реализации трех вариантов стратегий: «стратегия международного транспортно-логистического коридора» (Концепция «Великого шелкового пути»), «стратегия промышленно-инновационного лидерства» и «стратегия культурного центра» (Концепция «Москва» или, например, Екатеринбург – третий Рим»).

- А как правильно выбрать верную стратегию?

На основании применения «опционального» аналитического инструментария, консультанты делают вывод о том, что первая стратегия экономически более эффективна и менее рискованна. Сравнивая эти стратегии можно увидеть, что первый случай, имеет ряд преимуществ по сравнению с другими. Он экологически безопасен, он экономически более чем эффективен и он может заложить основу для развития в дальнейшем по варианту третьей – «культурной» стратегии. При этом мы также понимаем, что построение международного транспортно-логистического коридора потребует серьезных инвестиций в строительство дорог мирового уровня, развития малой авиации, увеличения объема и качества складских площадей и т.д. Только тогда «все флаги в гости будут к нам» и наш «новый град» станет одной из транспортно-логистических столиц мира, а это допустим, и было нашим видением воплощаемого стратегического состояния.

- А избиратели могут участвовать в процессе определения стратегии развития региона!

- К сожалению только весьма и весьма опосредованно. В наши дни мы выбираем людей, которые далеко не всегда берут на себя обязательства по реализации планируемых в ходе избирательной компании дел. В этом и есть «ахиллесова пята демократии» – зависимость от персон и слабая ориентация на задачи. Особенно это характерно для стран, где не предусмотрен досрочный отзыв депутатов или должностных лиц, не оправдавших доверия избирателей. Демократия в ее современно транскрипции, к сожалению, уже пережила свой продуктивный возраст.

- Что Вы имеете в виду?

- Мировой демократический кризис проявился в деградации институтов демократической власти во всем мире. В Европе это проявилось в кризисе института партии, с которыми граждане современного ЕЭС все меньше связывают надежд на повышение эффективности государственного управления. Во Франции, например, на рубеже 80-90-х годов лишь 39% граждан демонстрировали удовлетворение выполнением партий своих представительских функций, 54% были им не удовлетворены, а сами политические партии за период 80-х годов потеряли около половины своих членов.

Согласно опросам, проводимым в Германии еще в 1997 году только 24% респондентов выразили доверие к партии как политическому институту, в то время как 73% граждан Германии демонстрировали – недоверие.

Более того, в США, например, выборы президента превратились в шоу, где в связи с особенностями избирательной системы, кандидаты, получившие меньшее количество голосов, способны выигрывать выборы, оставляя позади даже кандидатов с более многочисленной поддержкой. Эта ситуация привела к тому, что в современных США данные опросов свидетельствуют в целом об избегании гражданами той или иной партийной идентификации. Согласно исследованиям более 50% респондентов не считают себя приверженцами той или иной партии даже в случае если интервьюером вопрос формулируется в закрытой форме: «Сторонником республиканской или демократической партии Вы себя считаете?».

- Есть ли на ваш взгляд в этих тенденциях проявление кризиса политических идеологий как инструмента массовой коммуникации?

- Разумеется. Ярким примером специфического развития современного политического объединения в Европе выступает опыт трансформации Коммунистической партии Чехии и Моравии, которая не стала менять название, но поменяла сущность и логотип. Партия покаялась в грехах своих коммунистических предшественников, выбрала новую символику – две вишенки (перед одними из последних выборов в парламент каждый житель Чехии получил от коммунистов рецепт вишневого пирога) и не допустила к партийному рулю ни одного представителя старой партийной гвардии.

Но что еще более важно – партия отказалась от пропаганды и разработки программ и законопроектов в духе классической коммунистической идеологии социального равенства и справедливости. В итоге в основу возросшей популярности партии была положена, например, не инициатива о закреплении прогрессивного налогообложения в духе шведской модели социализма, пользующейся уважением у современных чешских коммунистов, а агитация на безопасный секс и законопроекты о легализации однополой любви. Видимо, не удивительно, что в ряды чешской компартии сегодня приходит все больше молодежи. По свидетельству специалистов, «о КПЧМ никак не скажешь, что это вымирающая партия, чей электорат состоит сплошь из пенсионеров».

Строго говоря, государственные деятели в условия демократического правления, по меткому замечанию отечественного политолога С. Пшизовой, вообще больше склонны формулировать политику, чтобы выигрывать на выборах, а не выигрывать на выборах, чтобы формулировать социально ориентированную политику во благо общества и государства. В связи с этим конфигурации, или иначе говоря, формы российского партийного дизайна подвержены «скороспелой» динамике, отвечая все новым и новым требованиям изменяющегося политического рынка. В роли идентифицирующих партии признаков начинают выступать разного рода «прагматизмы», «центризмы», «патриотизмы», «социал-консерватизмы» различного рода секулярные «фундаментализмы», поставленные на конвейерное производство знаменитости, «замишуренные» «стары» из сфер кино, телевидения и СМИ (Н. Басков, О. Федорова («Родина»), С. Михалков (НДР), И. Кобзон, А. Розенбаум, А. Буратаева, С. Безруков, О. Газманов («Единая Россия») и т.д.).

- Вы рассуждаете о политической системе как некотором рынке политических коммуникаций – политическом рынке. Но ведь на рынке частных благ действуют иные законы спроса и предложения, например, в случае голосования на выборах обещание кандидата, например, построить мост или открыть новую станцию метро ничего не гарантирует избирателям, в то время как оплачивая продукт мы вправе требовать его соответствия заявленным потребительским качествам.

- На политическом рынке, равно как и на рынках частных благ, торговые марки и бренды увязываются не столько с полезными потребительскими свойствами продуктов, сколько с символическими образами определенных стилей потребления. Люди начинают желать причастности к бренду, потому что с ним ассоциируются известные лица, задающие определенные стили потребления. Эти стили, таким образом, во многом выполняют функции постмодерновых вариантов политических идеологий, принимая формы квазиидеологий. В последних могут угадываться родовые признаки классических идеологий, что, однако, не мешает эксплуатирующим их политикам достаточно свободно переходить от одних программных положений к другим, иногда противоположным, при этом лишь отчасти рискуя попасть впросак на выборах и терять долю традиционного электората. Главенствующим же признаком современных квазиидеологий выступает их ассоциативная символическая насыщенность, способная в ряде случаев вернуть современного избирателя в его прежнее дезинформированное «первобытное» состояние. Состояние, позволяющее в условиях кризиса программно-идейной политической мобилизации относительно эффективно управлять им, добиваясь повышения явки, массового голосования «против», в виде массового голосования «за» и, наоборот, массового голосования «за», провоцируемого в целях диффузии социальной поддержки в конкурентной борьбе – «против». Таким образом, человек «становится инструментом навязанных ему синхронизированных, систематизированных, типизированных и политически ангажированных процессов.

Необходимо отметить, что партии как неотъемлемый атрибут политической системы современного демократического государства перестали быть избирательными машинами, в которых человек, даже будучи винтиком, имел свое маленькое значение для воспроизводства политической власти. Новая информационная эпоха, войдя в российскую политику, успешно заменила небольшую роль человека-винтика, представлявшего своего рода hard wеar власти, большой ролью его эмоционально-психологического состояния, программного обеспечения – soft wеar, узурпировавшего все мыслимые и немыслимые емкости и полости этого самого винтика в ходе выполнения им его исконной функции по выборному производству демократической власти. Именно в результате этого технологией борьбы по захвату власти стала практически неуловимая и недиагностируемая интеллектуальная война, напоминающая войну химико-бактериалогическую, причем инструменты первой войны, интеллектуальной – политические идеи – мутируют быстрее, чем самовоспроизводятся. Их заинтересованные лица пытаются причесать под старый партийный образ, который хотя бы условно гарантирует получение желаемой доли политической власти.

В некоторых случаях демократическая идеология вообще стала инструментом для геополитического передела власти, поводом «обложить динамитом» политических оппонентов, как это произошло в Ираке в ходе реализации политики давления на Ближний Восток со стороны США. Равно как и в Украине, а затем и в Грузии, где при помощи оранжевых революций была дестабилизирована политическая ситуация и внесен гражданский раскол в политический строй по методу «разделяй и властвуй».

Строго говоря, демократия в американской транскрипции стала инструментом идеологического манипулирования, разрушения национального суверенитета и политического подчинения многих государств, чей политический строй был пропущен через фильтры американской политической доктрины. В результате этого многие страны лишились самобытной государственности, подорвали свою экономику и внесли значительный диссонанс в ход естественного исторического процесса национального и государственного самоопределения.

Политика разрушения и страха, конфронтационная силовая политика, на идеях которой авантюристы пришли к власти в США, обрушилось разорительными войнами на многие страны, политика наращивания финансового благополучия без учета долгосрочных последствий подорвала здоровье нации, но мода на американский стиль жизни, столь уверенно насаждаемая по всему миру, сделала почти неразличимым «хорошее» и «плохое». В результате этого мировая финансовая система оказалась на грани краха.

- В чем же Вы видите ключевые проблемы демократического политико-институционального дизайна?

- Во-первых, демократия ориентирована на избрание людей в качестве представителей власти. Люди меняются, люди приходят и уходят, люди меняют свои взгляды, предпочтения, привычки, принципы. Люди слабы и зависимы, в результате чего правление людей становиться сугубо рискованной формой организации государственной власти, способной завести в тупик самый прогрессивный экономический строй, самый богатый и талантливый народ.

Во-вторых, современная демократия – это «теледемократия», или демократия издалека. Известны случаи, когда некоторые кандидаты выигрывали выборы даже отсутствуя на территории государства, в котором проходила избирательная компания. О какой ответственности государственного деятеля, фактически не участвующего в выборной компании может идти речь? Он не посмотрел в глаза ни одному избирателю.

Любопытно, что даже коллективные политические акторы в этом плане не безгрешны. Так, на вопрос интервьюеров ВЦИОМ в ходе проведения выборной компании в Государственную Думу в 2007 году российским избирателям социологами бы задан вопрос о том, какая партия на Ваш взгляд показалась наиболее убедительной в телевизионных дебатах. Более 60% опрошенных ответили, что «Единая Россия». Между тем верная президенту партия, – как справедливо отмечал австрийский «Kurier», – вообще не принимала участия в теледебатах.

Подобное гипнотическое состояние, которое вызывает СМИ в наши дни, по сути, полностью обесценивает «народную представительность» демократической власти. И если ранее, в древнегреческой республике оратор нес ответственность за свои слова, в действующей политической системе России вообще не предусмотрен досрочный отзыв государственных деятелей, что без сомнения нарушает подлинный смысл демократии.

Демократия, будучи легальной формой правления, давно перестала быть легитимным источником власти.

При этом нельзя забывать, что утраченная в действующей политической системе России конкурентность власти не всегда свидетельствует о политическом регрессе государства. Напротив, именно упорядочение курсов воспроизводства политической власти, уменьшение количества партий и ограничение политической полемики в последние годы привели к стабилизации жизни населения страны, росту международного политического и экономического влияния России, что, несомненно, выглядит значительно более прогрессивно, чем состояние якобы демократической Украины, находящейся на грани дефолта и «псевдодемократической» Грузии находящейся на грани гражданской войны.

То есть в политических кругах при монопольной форме правления верховной элиты стали конкурировать ее составные части, ориентированные на усиление своего положения в верхах за счет представления конкурентных политических решений, актуальных политических идей, ориентированных на разрешение возникающих государственных задач. При этом понятно. Что это «другая» конкуренция.

В-третьих, демократия абстрактна. В условиях демократической формы организации государственной власти демократическим и прогрессивным считается то, что на руку действующей власти. Такая власть не подотчетна, поскольку она сама себе задает критерии своей успешности и сама преподносит обществу свои успехи в наиболее привлекательной форме.

В связи с этим и законы управления, и государственный порядок и режим поворачиваются властью, что дышло. Куда повернут, так и выйдет правильно, прогрессивно, легально и даже легитимно, в конце концов.

Так, в условиях демократической организации государственной власти элита «возделывает» государственных деятелей, а государственные деятели «возделывают» элиту. Результатом этого становиться ситуация, когда общество является статистом этого взаимодействия и получается как в анекдоте: «Денег нет, топора нет, еще должен, и вроде бы все правильно!».

Другое дело, что в этих условиях власть лишь частично прикрывается элитой, а элита властью. Существенные экономические потрясения в условиях отсутствия системной экономики банкротят элиту, элита банкротит общества, а общество – власть. Общество становиться неуправляемым, обостряются риски тяжелых социальных конфликтов и гражданских войн, на международной арене государство и власть становятся уязвимыми, а элита не востребованной. Ощущение бесполезности и неактуальности ослабляет власть. Возникает вопрос: «А этого ли хотят государственные деятели для своего государства?». В подавляющем большинстве случаев политическая элита дает отрицательный ответ на этот вопрос.

В-четвертых, как мы убедились, демократия исключает из продуцирования успеха само общество. Оно использует его потенциал на 5 – 10 %, легитимизируя свои политический ходы за счет аналитических передач, выборных компаний, референдумов, в том время как общество становиться все более индифферентным к демократическим процедурам, занимаясь вопросами самообеспечения.

Растет абсентеизм, снижается норма политического участия молодежи, уходит из жизни пожилой электорат, ликвидируются барьеры явки и графа «против всех», в результате чего даже формальная легитимность выборов может девальвироваться.

Ответственность за процветание государства ложиться исключительно на элиту и государственных деятелей, тогда как общество живет своей жизнью, в лучшем случае не мешая власти, в худшем – устраивая волнения, уклоняясь от налогов и демонстрируя неуправляемость. Расслоение общества достигает апогея и элита уже боится выйти на улицы родного города, прячется за высокими заборами «Рублевки», бронированные стекла автомобилей и многие километры, отделяющие ее на фешенебельных курортах от своей Родины, страны, давшей жизнь и успех.

- Есть ли какой либо выход из сложившейся ситуации?

- Совершенно очевидно, что одним из путей выхода из этого тупика может стать внедрение прогрессивной формы стратегического государственного управления, способной нейтрализовать издержки и недочеты всех форм правления, но при этом не нарушать суверенного статуса автономного государства каждой из ныне существующих стран.

- А есть ли какая-либо альтернатива демократии?

- Сегодня можно с уверенностью говорить о том, что новая форма общественно-политического устройства существует – это «публиократия».

- В чем же ее суть?

- «Публиократия», во-первых, это форма организации государственной власти, когда общественность привлекается к голосованию не за людей, а за стратегии общественного и государственного развития и методы их реализации, где результативность их воплощения оценивается по предметным, осязаемым критериям.

Во-вторых, «публиократия» – ответственная власть, предполагающая четкий ведомственных контроль над эффективностью управления городом, государством, регионом, предусматривающий ротацию власти при неудовлетворительном уровне реализации поставленных стратегических и оперативных задач.

В-третьих, «публиократия» – это власть публичного управления, вовлекающего в сознание всего населения решение общегосударственных задач, стимулирующих появление мощнейших мыслеформ сознания на основании идеологии «позитивного перспективизма» и теории «воплощаемых состояний».

В-четвертых, «публиократия» – это универсальная форма совершенствования системы государственного управления в стране с любой формой правления, что исключает разрушение политического сознания главенствующего в том или ином государстве.

Применительно к России «публиократия» – это организация государственной власти на основе вынесения на голосование на уровне городов, регионов, федеральных округов, федеральных органов исполнительной власти и на уровне федерации двух-трех разработанных стратегий государственного развития с целью выбора и легитимации одного из них, концентрации на единой стратегии, обеспечиваемой поддержкой большинства избирателей, создающей во время публичной компании мощнейшие мыслеформы «воплощаемых состояний», оформленных в соответствии с единой «позитивноперспективистской» методологией.

Такие стратегии должны обеспечивать установление контрольных точек реализации стратегии развития территорий, соревновательность взглядов на методы воплощения видения на развитие регионов, являться единой отправной точкой, единым описываемым воплощаемым состоянием, подлежащим реализации в ходе внедрения соответствующих стратегий развития.

Кроме того, в условиях обеспечения идеологического лидерства России, публиократия способна быть легко экспортируемым политическим режимом, способным интегрировать межгосударственное образование, такие как Евросоюз, ШОС, БРИК и другие. «Однонаправленность» взглядов большинства граждан из числа населения страны, или даже нескольких стран участников той или иной международной организации сотрудничества, создаст мощные «мыслеформы» успеха и благополучия, способные в сжатые сроки решать актуальные проблемы внутригосударственного и геополитического развития.

Демократия давно пережила свой продуктивный возраст. В связи с этим, многие годы мир является свидетелем рождения государств с разного рода политическими уродствами, не способным к адекватному развитию, благополучному и здоровому существованию.

Федеративное управление современным многонациональным государством равно как и небольшим субъектом международного права, в условиях «публиократии» должно быть оформлено в качестве публичной государственной стратегии, проецируемой в соответствующем масштабе на региональные образования, а также соответствующие города, входящие в состав государства, равно как и на уровень соответствующих ветвей власти, а также отдельных государственных органов.

Стратегия регионов (план развития на фиксированный период времени, например 5 лет) должна повторять в общих принципах стратегию государства. Стратегические государственные цели должны быть приоритетными по отношению к целям развития регионов и муниципальных образований, входящих в состав государства. При этом, каждый субъект федерации, формулирующий соответствующую стратегию развития в исполнении стратегии развития государство, в которое он входит.

Федеральные органы исполнительной власти и их подразделения на территориях также обязаны вырабатывать свои стратегии развития и достижения целей в соответствии с идеологией «позитивного перспективизма» и теорией «воплощаемых состояний» в обеспечение государственной стратегии развития. Федеральные министры, главы и заместители глав субъектов федераций должны регулярно предоставлять проекты реализации стратегии подведомственных регионов и отчитываться по реализации принимаемых стратегий на плебисцитах (референдумах).

- То есть государственные деятели должны получать денежное довольствие и премии по результатам успешной реализации стратегии развития регионов?

- Это еще не все. В случае отставания в реализации стратегических планов возможно депремирование государственных должностных лиц на основании несоответствие уровня эффективности управления поставленным планам.

В разработке стратегии государственного развития, регионального развития, развития муниципальных образований, а также стратегии органов исполнительной власти должны принимать участие:

1 – действующие государственные должностные лица;

2 – члены политических партий;

3 – представители общественных объединений;

4 – представители объединений промышленников и предпринимателей;

5 – представители высшей школы;

6 – представители научного сообщества и молодежных объединений.

Отчеты по разработке альтернативных стратегий в соответствии с концепцией «публиократии» необходимо сделать публично транслируемыми по телевидению в условиях публиократических электоральных процедур.

Такая технология организации государственной власти позволит выстроить единую систему политических ценностей и обеспечить социо-культурную интеграцию общества, эффективность которой будет измеряться результатами реализации стратегий развития регионов, а также федеральных стратегий.

Внедрение в систему государственного управления методов менеджмента по целям и контрольным показателям является ярким примером эффективного заимствования технологий корпоративного управления, применяемых в целях повышения эффективности развития частного бизнеса и крупных акционируемых компаний, чей месячный оборот зачастую превышает годовой бюджет отдельных государств.

Казалось бы, это очевидно, что тот или иной орган власти, его отдельные подразделения должны ставить перед собой определенные цели и ориентироваться на перечень объективных показателей, позволяющих оценивать динамику движения к ним. При этом технология этого простого процесса на деле оказывается достаточно сложной для представителей федеральных и региональных органов власти без соответствующей методологической поддержки, оперативного управленческого контроля и последовательности внедрения со стороны верховной власти в целом и отдельных ведомств в частности.

- Что дает «публиократический» политический дизайн для совершенствование системы государственного управления?

В результате внедрения комплекса проектно-критериального менеджмента в условиях «публиократической» формы организации политической власти в каждом конкретном случае становиться возможным:

- сконцентрировать внимание органов власти на реализации стратегии и решении приоритетных задач;

- проявить возможности четко и в то же время оперативно распределять ответственность между различными органами власти и их подразделениями;

- сформировать новую систему мотивации, стимулирующей служащих к достижению конкретных результатов, а не к привычному «добросовестному выполнению» служебных обязанностей;

- получить массив информации, достаточный для объективной аттестации сотрудников, для оценки адекватности принимаемых ими решений масштабу и сложности возникающих задач.

Разработка стратегии соответствующего масштаба выводит государственных должностных лиц за пределы срока их назначения или периода, на который были избраны, например, представители местной власти.

Законодательно установленное активное стратегическое проектирование эффективности системы государственного управление субъектом РФ, совместное участие в работе по созданию стратегии всех ветвей власти, представителей бизнеса, науки, политических партий и общественных организаций, экспертных сообществ и населения регионов способно освободить результаты ее внедрения от лишнего груза текущих проблем управления и корпоративных интересов, сформулировать компромиссы и служить основой контролируемого социально-политического консенсуса. В этом случае содержание стратегии сможет стать внутренне устойчивым и «пережить» смену лидеров, а также стимулировать лояльность, лиц, замещающих государственные должности на уровне субъектов РФ самой направляющей роли Администрации Президента и федерального Правительства, только таким путем достигается возможность улучшать методы ее реализации.

Построение «публиократии» и реализация комплексного проекта пошагового внедрения критериально-проектного управления в систему федерального и регионального управления РФ с целью повышения эффективности развития субъектов РФ, а также планирования и контроля соответствующе эффективности со стороны верховной власти требует проведения подробных консультаций с уполномоченными должностными лицами.

- Не кажется ли вам все это «утопией»?

- Если интерпретировать «публиократию» с точки зрения классической этимологии термина «утопия» как «место, которого нет», можно смело утверждать: «Да, публиократия – это «утопия». С другой стороны вполне очевидно, что теоретические постулаты концепции «пулиократия» как «апгрейд» демократии могут служить фундаментальной методологической основой для принятия решений на государственном уровне «в режиме реального времени» не только в условиях современной России.

Публиократия – это новая форма прогрессивного политического устройства современного государства, являющаяся залогом формирования общества консенсуса, объединяющая в своем содержании «демократический» авторитет участия народа в отправлении «социальной» и государственной власти с «аристократической» управленческой компетентностью государственных и общественных деятелей, действующих с ориентацией на конкретные критерии оценки проводимой политики, очерчиваемые и утверждаемые с помощью публичных политических процедур с целью минимизации злоупотребления государственной властью и пренебрежением ее эффективного использования во благо общества и государства со стороны назначаемых и выбираемых государственных должностных лиц в условиях определяемых населением среднесрочных стратегий развития стран, регионов и городов и предусматривающих личную ответственность служащих за результативность реализации принимаемых планов государственного развития.

- А что это может дать жителям города, области, нашей страны в стратегической перспективе?

- Опыт разработки и внедрения стратегии развития отдельных регионов РФ не исчерпывается качеством принимаемых решений на уровне субъектов РФ. Разработка и реализация стратегии превращается в системный процесс коренного улучшения деятельности самой власти. Желает того администрация или нет, но, взявшись за эту работу, она, во-первых, неизбежно изменит свою роль в развитии экономики региона; во-вторых, возьмет на себя обязательство стать по-настоящему результативной в достижении стратегических целей и решении поставленных задач; в-третьих, освоит практику действительной консолидации региональных элит, взаимодействия с бизнесом и поддержки инициатив. А что это даст гражданам? Судите сами – это даст ответственность власти и коренные изменения эффективности управления экономикой региона, ведущие к изменению качества жизни всех жителей, поскольку публичная «публиократическая» стратегия не может быть «псевдонародной» в отличие от планов, принимаемых в коридорах власти представителями так называемой «демократической элиты» «в узком кругу». Первый заместитель руководителя администрации Президента России Владислав Сурков еще несколько лет назад сформулировал тезис о том, что, если нашей стране нужна демократия, то это должна быть самобытная, «суверенная демократия».

- А есть ли положительный опыт в других странах?

- Опыт совершенствования систем государственного управления в других странах демонстрирует высокую эффективность внедрения современных управленческих технологий в практику государственного строительства. Так, в соответствии с данными конфиденциальных исследований реализация программы повышения эффективности деятельности правительства США в 1993-1999 годах позволила на 17% сократить численность сотрудников, почти вдвое повысить эффективность их работы и на 10% улучшить показатели удовлетворенности населения деятельностью государственных служащих. Внедрение в систему государственного управления методов управления по целям и контрольным показателям является ярким примером эффективного заимствования у бизнеса наработок по повышению эффективности деятельности.

- Но вы сами себе противоречите одновременно, утверждая, что в США демократический кризис и то, что нам нужно учиться у Америки этому прогрессивному опыту.

- Абсолютно с вами согласен, на первый взгляд может показаться, что нам необходимы иные ориентиры, но давайте взглянем на это с другой стороны. Штаты раньше всех почувствовали демократический кризис. Именно поэтому американский опыт это лакмусовая бумажка эффективности государственного управления. Суть ситуации в том, что весь мир питается, переваренным американской политической доктриной продуктом. Именно поэтому лидерство США остается идеологическим, духовным, как законодателя политической «моды». Америка и по сей день определяет какое из ныне существующих государств является демократическим, а какое нет. Именно поэтому нужно играть на опрежение, ориентироваться на симптомы другой системы. Необходимо создавать свое лекарство, а не сидеть в ожидании, того, когда нам принесут чужой рецепт или «посадят» на «таблетку» зарубежного производства.

- Денис Викторович, вы являетесь автором концепции «Публиократия как апгрейд демократии», скажите, насколько, я понимаю, это системные стратегические исследования, а можно ли воспользоваться ими для развития бизнеса частных корпораций?

- К сожалению, я не уполномочен подробно говорить о деталях этой работы, но я могу точно сказать, что многие технологии, закладываемые в основу развития современных государственных стратегий сегодня доступны руководителям и собственникам компаний в режиме консультативных проектов на базе заказчика, коим в нашем случае может выступать и Аппарат полномочного представителя Президента в федеральном округе, администрация губрентора, главы муниципального образования, а также аппарата частной корпорации или корпорации с государственным участием. В этом плане у нас накоплен огромный опыт создания компаний лидеров и регионов лидеров.

- Благодарим вас за обстоятельную беседу.

Эксперты ФОНДА НАЦИОНАЛЬНОЙ СТРАТЕГИИ и Межрегионального центра организационного и политического консультирования «ПРИОРИТЕТ» под управлением Дениса НЕЖДАНОВА уже более 10 лет консультируют по вопросам стратегии, регионального и корпоративного управления, а также осуществляют тренинговую подготовку топ-менеджеров и должностных лиц органов государственной власти, бизнес-структур и общественно-политических организаций, среди которых можно выделить:

- Администрацию Президента РФ,

- Аппарат полномочного представителя Президента РФ в Уральском федеральном округе,

- Аппарат полномочного представителя Президента РФ в Центральном федеральном округе

- Всероссийскую политическую партию «ЕДИНАЯ РОССИЯ»

- Российскую демократическую партию «ЯБЛОКО»,

- Российская сетевую партию поддержки малого и среднего бизнеса,

- Молодежное демократическое антифашистское движение «НАШИ»,

- Всероссийский молодежный образовательный проект

«КАДРЫ ДЛЯ МОДЕРНИЗАЦИИ СТРАНЫ».

- Газпром

- Евраз-Холдинг

- Уральскую горно-металлургическую компанию,

- Федеральную сетевую компанию ЕЭС

- Объединенную генерирующую компанию № 5

- Территориальную генерирующую компанию № 9

- AVS-холдинг.

НЕЖДАНОВ Денис Викторович

Биографическая справка:

Президент «ФОНДА НАЦИОНАЛЬНОЙ СТРАТЕГИИ»

(www.NATIONAL-STRATEGY.ru)

Директор Межрегионального центра организационного и

политического консультирования «ПРИОРИТЕТ»,

(www.NEZHDANOV-GROUP.ru)

член редакционной-коллегии научно-практического альманаха «Дискурс «Пи»,

автор политологической концепции «Публиократия» как «апгрейд» демократии»,

автор метода коллегиальной разработки федеральных и региональных стратегий государственного развития,

разработчик метода формирования управленческих компетенций государственных должностных лиц «FiSEQ (Five Graduated System for Estimating of Qialification),

ведущий тренер по стратегическому и оперативному управлению России,

разработчик программ управленческой подготовки и переподготовки руководителей и специалистов ряда политических структур, производственных и торговых компаний,

автор и соавтор более трех десятков научных и научно-публицистических работ по политическому маркетингу и электоральному менеджменту, в том числе монографий, учебно-методических пособий и справочников,

автор ведущих научных изданий в области политического и корпоративного управления

журнал «Полития» (Москва, 2009),

журнал «Полис» (Москва, 2010),

журнал «Социум и власть» (Челябинск, 2006-2010),

журнал «Политическая лингвистика» (Екатеринбург, 2010),

ведущий автор издательства «Питер» (С.Петербург, 2004)

 


Читайте:


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Новости правозащитных организаций:

Раненные Евсюковым, не добившись компенсаций в РФ, обратились в суд Страсбурга

News image

Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) в Страсбурге принял к рассмотрению жалобу защиты потерпевших от действий бывшего майора Евсюкова, устроившего стрельбу в ...

Воинская часть из Екатеринбурга вошла в список самых «гибельных» мест службы в России

News image

Екатеринбург, Октябрь 26 (Новый Регион, Елена Васильева) – В 2004 году в российской армии существенно возросли так называемые небоевые потери. Иными словами, солда...

Просветительские программы Мемориала

News image

Всероссийский конкурс исторических исследовательских работ старшеклассников «Человек в истории. Россия – ХХ век», стартовавший в 1999 году, стал фактически самым м...

В защиту личности:

МККК: подход и структура

News image

Из-за сложности современных конфликтов МККК должен быть в состоянии предпринимать (необходимые ответные) соответствующие действия на высоком професс...

Солдат-срочник получил 7 лет за издевательства над чеченцами

News image

Грозненский гарнизонный военный окружной суд завершил судебное разбирательство по делу российского контрактника Зинчука, выделенное из основного дел...

Что делает «Движение против рака»

News image

Взаимодействуя  с депутатами Государственной Думы и Федерального Собрания, руководством  Минздравсоцразвития, Росздравнадзора, Фонда обязательного м...

Детский центр комитета Гражданское содействие

News image

Центр адаптации и обучения детей беженцев - молодёжное объединение в составе Комитета. Центр возник в 1996 году, когда в Москву хлынули потоки бе...

Белая книга с черной меткой

News image

Как сделать доступными современные методы лечения онкологических заболеваний Российская газета - Федеральный выпуск №5405 (29) 11.02.2011, 0...

«Гражданское содействие»: программа «ПРОСВЕЩЕНИЕ В ОБЛАСТИ П

News image

Программа является одним из просветительских проектов Комитета «Гражданское содействие» и реализуется с сентября 2009 года при поддержке Норвежского...