Наш гость Алексей Геннадьевич Белозеров, генеральный директор Фонда поддержки социальных информационных программ государственных ведомств Народная инициатива , окончил факультет международной информации МГИМО; специализировался на связи с общественностью. Параллельно с учебой был главным редактором информационного издания МГИМО Международник ...

Удивительно: люди, которым сегодня едва за тридцать, куда более взрослые, чем были в их годы люди старшего поколения. У старшего поколения были жесткие установки, по которым они жили, и выход за их рамки подчас грозил расплатой. Хотя сам Алексей Белозеров уверен, что старшее поколение было серьезнее, поскольку было более начитанным...

БЕЛОЗЕРОВ: Действительно, аналитики бьют тревогу: рынок чтения падает на два процента в год. Во-вторых, у детей развивается клиповое мышление. Более того, согласно статистике, более половины населения страны никогда не читало книг сверх школьной программы. Впрочем, пятьдесят три процента населения страны никогда не читало и глянцевых журналов, хотя это не Бог весть какая проблема. Конечно, есть альтернатива, скажем, нтернет, но читать интернет тоже невозможно - тяжело. Появились новые гаджеты, они радикально меняют рынок, но у людей все равно не возникает потребности думать, поскольку есть картинка. Очевидно, что люди старшего поколения, даже смотря в свое время телевизор, искали какой-то подтекст, они гораздо больше читали и были вынуждены, соответственно, думать, анализировать, искать свое место в жизни. Как минимум, из-за того, что у них было больше свободного времени, что им хотелось получить альтернативную точку зрения. Нынешним молодым не нужно ее искать, - она есть, ее всегда можно получить. Исходя из этого, мне кажется, что аналитическое мышление людей старшего поколения развито несравнимо лучше, нежели сегодня.

- Но вы отметили, что молодые люди, которые приходят сегодня устраиваться к вам на работу, изменились: это уже не прежняя молодежь...

БЕЛОЗЕРОВ: Поколения двадцати - и двадцатипятилетних - разные. Мы увидели две тенденции. Первая такова: если говорить об инфантильности, беззубости и нежелании что-либо делать, то это о них. К огромному сожалению, эти молодые люди помнили только годы роста: человек знал, что если его выгонят с этой работы, то он спокойно устроится на другую, и для него это проблемой не является. То есть страха потерять работу не было, и если теоретически человека что-то интересовало, он мог что-то сделать. А если это была просто работа, то у человека не было абсолютно никакого желания делать что бы то ни было. С этими людьми мы расстались; с кем-то - через полгода, с кем-то - через год, - кого сколько смогли вытерпеть. Ребята-то были хорошие, по-своему интересные, но их раздолбайство реально достало...Вторая тенденция, которую я увидел в нынешнем году, - пришли кардинально другие люди. Заряженные на борьбу, желающие получить результат. А кроме того, в силу своего небольшого опыта они уже знают, что ситуация может измениться, и работу можно потерять. Эти люди знают, что над ними висят определенные обязательства, - перед собой, перед родителями, перед коллективом. Мне очень понравилось, что все они - яркие индивидуальности, но когда идет работа, коллективный проект, каждый понимает, что от его работы зависит работа всего коллектива. Эти люди - другие, и мне это очень нравится...

БЕЛОЗЕРОВ: Первый ключевой вопрос - какие герои, у кого и кто является моделью поведения. Если брать людей за тридцать и до тридцати, то отличие в том, что у них разные герои. Ситуация достаточно простая: когда мы учились, - это 95-2001 годы, - кто были наши герои? Олигархи, бандиты, в конце концов: нам по ряду вещей хотелось быть понятийными , ездить на дорогих машинах, хотелось успеха. Нам хотелось рулить, хотелось, в конце концов, самим принимать за себя решения. А у ребят, которые шли за нами, были уже другие герои - чиновники, люди, работающие в госсекторе. Мы хотели быть предпринимателями; люди, которые шли после нас, - хотели быть чиновниками. Об этом свидетельствует на данный момент вся статистика. Кем хотят быть выпускники? Практически девяносто процентов выпускников говорят: хотим работать в госаппарате или в госкорпорациях.

- Потому что выгодно, потому что у кормушки...

БЕЛОЗЕРОВ: Да. А в наше время было выгодно предпринимательство. И кроме того, нам хотелось самостоятельно принимать решения. Такой был тогда образ, понимаете? Картинка тогда перед нами была совершенно другая. А еще отличие в том, что в наше время те, кто считался максимально сильным и успешным, шли в бизнес, те, кто слабее - в госсектор. Сегодня, как вы понимаете, все кардинально изменилось...